8 декабря 2021  01:26 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту


Перевод А. Сабурова


(продоложение, начало здесь)


Глава 41

План миссис Бимиш

- Мама, - позвал Берт.

Миссис Бимиш сидела за кухонным столом, чинила один из свитеров Берта и время от времени делала паузу, чтобы вытереть слезы. Нападение Икабога на их соседку по Чуксвиллу вызвало ужасные воспоминания о смерти майора Бимиша, и она опчть вспомнила ту ночь, когда поцеловала его бледную холодную руку в Голубой гостиной во дворце, а остальные части его тела был спрятаны под знаменем страны "Рог изобилия".

- Мама, смотри, - сказал Берт странным голосом, и поставил перед ней крошечную, когтистую деревянную ногу, которую он нашел под кроватью.

Миссис Бимиш подняла его и осмотрела сквозь очки, которые она носила, когда шила при свечах.

- Да, это часть той маленькой игрушки, которая у тебя была, - сказала мать Берта. - Твоя игрушка Икка…

Но миссис Бимиш не закончила слово. Все еще глядя на резную ногу, она вспомнила чудовищные следы, которые она и Берт видели ранее в тот день, на мягкой земле вокруг дома исчезнувшей старой леди. Хотя форма этой ступни была намного больше, она была такой же, как и угол наклона пальцев, чешуя и длинные когти.

В течение нескольких минут единственным звуком было гудение свечи, когда миссис Бимиш вертела маленькую деревянную ногу в своих дрожащих пальцах.

Как будто в ее голове открылась дверь, дверь, которую она давно заблокировала и забаррикадировала. С тех пор как умер ее муж, миссис Бимиш отказывалась допустить сомнение или подозрение в отношении Икабога. Верная королю, доверяющая Спитлворту, она верила, что люди, которые утверждали, что Икабог не настоящий, были предателями.

Но теперь неприятные воспоминания, которые она пыталась скрыть, наполнили ее. Она вспомнила, как рассказывала служанке о предательской речи мистера Ласточкин хвост об Икабоге и оборачивалась, чтобы увидеть лакея Канкерби, слушающего в тени. Она вспомнила, как скоро впоследствии исчез Ласточкин хвост. Она вспомнила маленькую девочку, которая прыгала, на которой было одно из старых платьев Дейзи Ласточкин хвост, и бандалора, которого, как она утверждала, ее брат подарил в тот же день. Она подумала о голодной кузине Гарольда и странном отсутствии почты с севера, которое она и все ее соседи заметили за последние несколько месяцев. Она также подумала о внезапном исчезновении леди Эсланды, о которой многие озадачены. Эти и еще сто странных событий сложила себе в уме миссис Бимиш, когда она смотрела на маленькую деревянную ножку, и вместе эти события образовали чудовищный контур, который напугал ее гораздо больше, чем Икабог. Что, спросила она себя, на самом деле случилось с ее мужем на этом болоте? Почему ей не разрешили заглянуть под покрывала знамени страны "Рог изобилия", закрывающий его тело? Ужасные мысли теперь следовали друг на другом, когда миссис Бимиш повернулась, чтобы посмотреть на своего сына, и увидела ее подозрения, отраженные и на его лице.

- Король не может знать, - прошептала она. - Он не знает. Он хороший человек.

Даже если бы все остальное, во что она верила, могло быть неправильным, миссис Бимиш не могла отказаться от своей веры в доброту короля Фреда Бесстрашного. Он всегда был так добр к ней и Берту.

Миссис Бимиш встала, маленькую деревянную ногу крепко сжала ее рука и положила наполовину починенный свитер Берта.

- Я собираюсь увидеть короля, - сказала она с решительным выражением лица, чем когда-либо видел Берт.

- Сейчас? - спросил он, глядя в темноту.

- Сегодня вечером, - сказала миссис Бимиш, - есть шанс, что ни одного из этих лордов с ним не будет. Он увидит меня. Он мне всегда нравился.

- Я тоже хочу пойти с тобой, - сказал Берт, потому что странное чувство предчувствия охватило его.

- Нет, - сказала миссис Бимиш. Она подошла к сыну, положила руку ему на плечо и посмотрела ему в глаза. - Послушай меня, Берт. Если я не вернусь из дворца через час, ты должен покинуть Чоксвилл. Отправляйся на север к Иеровоаму, найди кузена Гарольда и расскажи ему все.

- Но…- сказал Берт, внезапно испугавшись.

- Обещай мне, что поедешь, если я не вернусь через час, - твердо повторила миссис Бимиш.

- Я… я обещаю, - сказал Берт, но мальчик, который раньше представлял себе смерть героической, не заботясь о том, как это расстроило бы его мать, внезапно испугался. - Мама!

Она кратко обняла его. - Ты умный мальчик. Никогда не забывай, ты солдатский сын, а также кондитер.

Миссис Бимиш быстро подошла к двери и надела туфли. Последней раз улыбнувшись Берту, она выскользнула в ночь.

Глава 42

За занавесом

Кухня была темной и пустой, когда миссис Бимиш вошла во двор. Двигаясь на цыпочках, она заглядывала за угол, потому что знала, как лакей Канкерби любит скрываться в тени. Медленно и осторожно миссис Бимиш направилась к покоям короля, держа в руках маленькую деревянную лапку так сильно, что ее острые когти впились ей в ладонь.

Наконец она достигла алого коврового покрытия, ведущего в комнаты Фреда. Теперь она слышала смех из-за дверей. Миссис Бимиш правильно предположила, что Фреду не сообщили о нападении Икабога на окраину Чуксвилла, потому что она была уверена, что он не будет смеяться, если ему об этом сообщат. Однако кто-то явно был с королем, а она хотела увидеть Фреда одного. Когда она стояла там, размышляя о том, что лучше сделать, дверь впереди открылась.

Вздохнув, миссис Бимиш нырнула за длинную бархатную занавеску и попыталась остановить ее раскачивание. Спитлворт и Флапун смеялись и шутили с королем и желали ему спокойной ночи.

- Превосходная шутка, Ваше Величество, почему, я думаю, я разделил мои панталоны! - недовольный Флапун.

- Нам придётся переименовать вас в короля Фреда Забавного, сир! - усмехнулся Спитлворт.

Миссис Бимиш задержала дыхание и попыталась втянуть живот. Она услышала звук закрытия двери за Фредом. Два лорда сразу перестали смеяться .

- Самовлюбленный идиот, - тихо сказал Флапун.

- Кусочки курдсбургского сыра более умные, - пробормотал Спитлворт.

- Ты не сможешь развлечь его завтра? - проворчал Флапун.

- Я буду занят со сборщиками налогов до трех,- сказал Спитлворт. - Но если...

Оба лорда перестали говорить. Их шаги также прекратились. Миссис Бимиш затаила дыхание, закрыла глаза, молясь, чтобы они не заметили выпуклость в занавеске.

- Ну, спокойной ночи, Спитлворт, - сказал голос Флапуна.

- Да, спи спокойно, Флапун, - сказал Спитлворт.

Стало тихо, сердце ее билось очень быстро, и миссис Бимиш тихонько выдохнула. Все было в порядке. Два лорда собирались спать ... и все же она не слышала их шагов ...

Затем, так внезапно, что у нее даже не было времени вздохнуть, занавес разорвался. Прежде чем она успела закричать, большая рука Флапуна закрыла ей рот, и Спитлворт схватил ее за запястья. Два лорда вытащили миссис Бимиш из ее укрытия, спустились по ближайшей лестнице, и, пока она боролась и пыталась кричать, она не могла издать ни звука сквозь толстые пальцы Флапуна и не могла извиваться. Наконец они втянули ее в ту же Голубую комнату, где она однажды поцеловала руку своего покойного мужа.

- Не кричи, - предупредил ее Спитлворт, вытаскивая короткий кинжал, который он носил, даже внутри дворца, - иначе королю понадобится новый кондитер.

Он указал на Флапуна, чтобы тот убрал руку от рта миссис Бимиш. Первое, что она сделала, это вздохнула, потому что она чуть не потеряла сознание.

- Нам пришлось сделать огромную дыру в этой занавеске, повар, - усмехнулся Спитлворт. - Что ты делала, скрываясь там, так близко к королю, после того, как кухня закрылась?

Конечно, миссис Бимиш могла бы выдумать какую-нибудь глупую ложь. Она могла бы притвориться, что хотела спросить у короля Фреда, какие пироги он хотел бы, чтобы она сделала завтра, но она знала, что два лорда не поверят ей. Вместо этого она протянула руку, сжимающую ногу Икабога, и раскрыла пальцы.

- Я знаю, - тихо сказала она, - что вы задумали.

Двое лордов подошли ближе и посмотрели на ее ладонь: на ней была крошечная точная копия огромных ног, которыми пользовались Темные Нижние Колонтитулы. Спитлворт и Флапун посмотрели друг на друга, а затем на миссис Бимиш, и когда она увидела их выражения их лиц, у неё промелькнула одна только мысль: Беги, Берт - беги!»

Глава 43

Берт и Страж

Свеча на столе рядом с Бертом медленно обгорала, пока он наблюдал, как минутная стрелка ползет по циферблату. Он говорил себе, что его мать скоро вернется домой. Она могла придти в любую минуту, поднять его наполовину починеный свитер, как будто она никогда не уходила его, и рассказать, что случилось, когда она увидела короля.

Затем минутная стрелка, казалось, ускорилась, когда Берт сделал бы все, чтобы замедлить ход. Четыре минуты Три минуты. Две минуты осталось.

Берт поднялся на ноги и подошел к окну. Он посмотрел вверх и вниз по темной улице. Там не было никаких признаков возвращения его матери.
Надо ждать! Его сердце вдруг подпрыгнуло: он увидел движение на углу! В течение нескольких секунд Берт был уверен, что он увидит, как миссис Бимиш шагнула вся в в лунном свете, улыбаясь, увидев его взволнованное лицо у окна.

Но тут его сердце упало, словно кирпич, в живот. Приближалась не миссис Бимиш, а майор Роуч в сопровождении четырех крупных членов бригады обороны от Икабога с факелами.

Берт отскочил от окна, схватил свитер со стола и побежал в спальню. Здесь он схватил свои туфли и медаль отца, поднял окно спальни, вылез из него, затем осторожно закрыл окно снаружи. Когда он падал в огород,то услышал стук майора Роуча в переднюю дверь, затем грубый голос сказал: «Я проверю двор».

Берт плюхнулся в землю позади ряда свеклы, смазывал свои светлые волосы почвой и неподвижно лежал в темноте.

Сквозь закрытые веки он увидел мерцающий свет. Солдат высоко держал факел в надежде увидеть, как Берт бежит по чужим садам. Солдат не заметил земного очертания Берта, скрытого за листьями свеклы, которая отбрасывала длинные колеблющиеся тени.

- Нет, он не ушел отсюда, - крикнул солдат.

Прозвучал удар, и Берт понял что Роуч сломал входную дверь. Он слушал, как солдаты открывали шкафы и полки. Берт оставался совершенно неподвижным на земле, потому что свет факелов все еще светил сквозь его закрытые веки.

- Может быть, он ушел, прежде чем его мать пошла во дворец?

- Мы должны его найти, - прорычал знакомый голос майора Роуча. - Он сын первой жертвы Икабога. Если Берт Бимиш начнет говорить миру, что чудовище - ложь, люди будут его слушать. Разойдитесь и ищите, он не мог уйти далеко. И если кто поймает его, - сказал Роуч, когда тяжелые шаги его людей прозвучали на деревянных досках Бимишей, - убейте его. Мы разработаем наши истории его пропажи позже.

Берт лежал совершенно ровно не шевелясь, слушая, как люди бегут вверх и вниз по улице, а затем промелькнула мысль: Ползи пора!

Он повесил на шею медаль отца, натянул на себя полу готовый свитер, взял ботинки и начал ползти по земле, пока не достиг соседнего забора, где он зараннее выкопал достаточно глубокий лаз, чтобы извиваясь, протолзти под забором. И продолжал ползти до тех пор, пока не достиг улицы покрытой булыжником. Он все еще слышал голоса солдат, эхом звучавших в ночи, слышал, когда они стучали в двери домов, требуя обыска и спрашивая людей, видели ли они Берта Бимиша, сына шефа-кондитера. И он слышал, что его описывают как опасного предателя.

Берт взял еще одну горсть земли и размазал ее по лицу. Затем он поднялся на ноги и, низко приседая, бросился в темный проем через улицу. Мимо проходил солдат, но теперь Берт был настолько грязен и хорошо замаскирован под темный забор, что мужчина ничего не заметил. Когда солдат исчез, Берт побежал босиком от одного забора к другому забору, неся свои ботинки, прячась в темных нишах и приближаясь к городским воротам. Однако, когда он к ним приблизился, то увидел сторожа, и, прежде чем Берт смог придумать свой план, ему пришлось спрятаться за статуей короля Ричарда Праведного, потому что приближались Роуч и еще один солдат.

- Вы видели Берт Бимиш? - крикнули они охраннику.

- Это, сын кондитерши? - спросил охранник.

Роуч схватил охранника за грудки, потряс его, как терьер тискает кролика.

- Конечно, сын кондитерши! Ты пропустил его через эти ворота? Скажи-ка!

- Нет, у меня его нет, - сказал охранник, - и что сделал мальчик, чтобы ты так захотел преследовать его?

- Он предатель! - прорычал Роуч. - И я лично пристрелю любого, кто ему поможет, понял?

- Понял, - сказал охранник.

Роуч отпустил мужчину, и со своим спутником снова убежал. Их факелы бросали вращающиеся пучки света на стены, пока тьма не поглотила их еще раз.

Берт смотрел, как охранник поправляет форму и качает головой. Берт помедлил, затем, зная, что это может стоить ему жизни, выполз из своего укрытия. Берт так тщательно замаскировал себя всей землей, что охранник не понял, что рядом с ним кто-то есть, пока не увидел белки глаз Берта в лунном свете и не испустил крик ужаса.

- Пожалуйста, - прошептал Берт. - Пожалуйста ... не выдавайте меня. Мне нужно уйти отсюда.

Из-под свитера он вытащил тяжелую серебряную медаль отца, очистил её от земли и показал охраннику.

- Я дам вам это - это настоящее серебро! - если вы просто пропустите меня через ворота и никому не скажете, что видели меня. Я не предатель, - сказал Берт. - Я никого не предал, клянусь.

Охранником был пожилой мужчина с жесткой седой бородой. Мгновение или два он размышлял над обсыпанным землей Бертом, прежде чем сказать:

- Храни свою медаль, сынок.

Он открыл ворота достаточно широко, чтобы Берт мог в них проскользнуть.

- Спасибо! - ахнул Берт.

- Придерживайся проселочных дорог, - посоветовал охранник. - И никому не верь. Удачи.

Глава 44

Миссис Бимиш берется за дело.

Пока Берт выходил из городских ворот, миссис Бимиш следовала в темницу сопровождаемая лордом Спитлвортом. Треснувший, пронзительный голос поблизости пел гимн, отбивая удары.

Замолчать! - рявкнул Спитлворт. Пение прекратилось.

- Когда я закончу эту ногу, мой лорд, - сказал сломанный голос, - вы позволите мне увидеться с моей дочерью?

- Да, да, ты увидишь свою дочь, - передразнил его Спитлворт, закатывая глаза. - Теперь помолчи, потому что я хочу поговорить с твоей соседой!

- Ну, прежде чем вы начнете, мой лорд, - сказала миссис Бимиш, - у меня есть несколько вещей, которые я хочу вам сказать .

Спитлворт и Флапун уставились на пухлую маленькую женщину. Никогда еще они не помещали в темницу никого, кто выглядел бы так гордо и был безразличен к тому, что будет брошен в это сырое холодное место. Спиттлворт вспомнил леди Эсланде, которая все еще была заперта в своей библиотеке и все еще отказывалась выйти за него замуж. Он никогда не думал, что повар может выглядеть таким же гордым, как леди.

- Во-первых, - сказала миссис Бимиш, - если ты убьешь меня, король это узнает. Он заметит, что я не делаю ему выпечку. Если подменишь кем то, он может почувствовать разницу.

- Да, это правда, - сказал Спитлворт с жестокой улыбкой. - Однако, так как король поверит, что вас убил Икабог, ему просто придётся привыкнуть к другой выпечке, не так ли?

- Мой дом лежит в тени стен дворца, - возразила миссис Бимиш. - Невозможно подделать атаку Икабога там, не разбудив сотню свидетелей.

- Это легко решить, - ответил Спиттлворт. - Мы скажем, что вы были достаточно глупы, чтобы прогуляться ночью по берегам реки Флумы, где Икабог вас и застал.

- Да, это могло бы сработать, - сказала миссис Бимиш, придумывая историю прямо из головы, - если бы я не оставила определенные инструкции, которые нужно выполнить, если узнают, что меня убил Икабог.

- Какие инструкции и кому ты их дала? - спросил Флапун.

- Ее сын, я полагаю, - сказал Спиттлворт, - но он скоро будет в нашей власти. Запишите, Флапун - мы убиваем кухарку только после того, как убьем ее сына.

- Тем временем, - сказала миссис Бимиш, притворяясь, что не почувствовала ледяного ужаса при мысли о том, что Берт попадет в руки Спитлворта, - вы также могли бы надлежащим образом оборудовать эту камеру печью и всеми моими обычными орудиями, чтобы я могла продолжать готовить пироги для короля.

- Почему бы и нет? - медленно сказал Спитлворт. - Мы все наслаждаемся вашей выпечкой, миссис Бимиш. Вы можете продолжать готовить для короля, пока ваш сын не будет пойман.

- Хорошо, - сказала миссис Бимиш, - но мне понадобится помощь. Я предлагаю обучить некоторых из моих товарищей-заключенных, которые могут по крайней мере взбить яичные белки и выложить тесто на противни.

- Это потребуется от вас, чтобы накормить бедняг немного больше. Я заметила, когда вы проводили меня, некоторые из них выглядят как скелеты. Я не могу позволить им съесть все мои сырые ингредиенты, потому что они голодны

- И, наконец, - сказала миссис Бимиш, бросая на них быстрый взгляд, - мне понадобится удобная кровать и несколько чистых одеял, чтобы поспать достаточно, для того, чтобы приготовить пирожные того качества, которое требует король. У него скоро день рождения. и он будет ожидать чего-то особенного.

Спитлворт посмотрел на этого самого удивительного пленника мгновение или два, затем сказал:

- Вас не беспокоят, мадам, мысли, что вы и ваш ребенок скоро умрете?

- О, если есть что-то, чему вы учились в кулинарной школе, - сказала миссис Бимиш, пожав плечами, - у лучших из нас случаются сгоревшие корки и сырые основания. Закатайте рукава и начните делать что-то другое. Нет смысла стонать над тем, что ты не можешь исправить!

Поскольку Спиттлворт не мог придумать хорошего ответа на это, он поманил Флапуна, два лорда покинули камеру, и за ними захлопнулась дверь.

Как только они ушли, миссис Бимиш перестала притворяться смелой и упала на жесткую кровать, которая была единственным предметом мебели в камере. Она тряслась от рыданий, и даже боялась, что у нее начнется истерика.

Тем не менее, женщина не стала бы отвечать за королевскую кухню в городе лучших кондитеров на земле, не имея возможность управлять своими собственными нервами. Миссис Бимиш глубоко вздохнула, а затем, услышав, как пронзительный голос по соседству снова врывается в национальный гимн, прижала ухо к стене и начала прислушиваться к месту, где шум проникал в ее камеру. Наконец она нашла трещину возле потолка. Стоя на кровати, она тихо позвала:

«Дэн? Даниэль Ласточкин Хвост? Я знаю, что это ты. Это Берта, Берта Бимиш!

Но сломленный голос продолжал петь. Миссис Бимиш опустилась на свою кровать, обняла себя, закрыла глаза и молилась каждой частью своего больного сердца, чтобы, где бы ни был Берт, он был бы в безопасности.

Глава 45

Берт в Иеровоам

Сначала Берт не осознавал, что лорд Спитлворт предупредил, всю страну "Рог изобилия" и все будут настороже. Следуя совету охранника у городских ворот, он держался проселочных дорог. Он никогда не ходил так далеко на север, где Иеровоам, но, твердо следуя течению реки Флумы, он знал, что идет в правильном направлении.

Волосы спутались, а обувь забилась грязью, он шел по вспаханным полям и спал в канавах. Пока он не пробрался в Курдсбург на третью ночь, чтобы попытаться найти что-нибудь поесть, он впервые столкнулся лицом к лицу с изображением себя на плакате «Разыскивается», наклеенным в окно торговца сыром. К счастью, рисунок аккуратного, улыбающегося молодого человека не был похож на отражение грязного бродяги, которого он видел, глядя из темного стекла рядом с ним. Тем не менее, было шоком увидеть, что за его голову была назначена награда в сто дукатов, за мертвого или живого.

Берт спешил по темным улицам, проходя мимо худых собак и заколоченных окон. Один или два раза он сталкивался с другими грязными, оборванными людьми, которые также добывали пищу в мусорных баках. Наконец ему удалось добыть кусок твердого и слегка заплесневелого сыра, прежде чем кто-нибудь еще смог его схватить. Выпив дождевой воды из бочки из-за отсутствия молочных продуктов, он поспешно вернулся из Курдсбурга и вышел на проселочную дорогу.

Все время, пока он шел, мысли Берта возвращались к его матери. Они не убьют ее, говорил он себе снова и снова. Они никогда не убьют ее. Она любимая слуга короля. Они не посмеют. Ему пришлось убрать возможность смерти своей матери из своего разума, потому что, если она умрет, он знал, что у него не хватит сил выбраться из очередной канавы, в которой он спал.

Вскоре ноги Берта покрылись волдырями, потому что он шел по нехоженным местам, чтобы избежать встречи с другими людьми. На следующую ночь он украл несколько гниющих яблок из сада, а ночью после этого он нашел тушу цыпленка в чьей-то мусорной корзине и погрыз несколько кусков мяса. К тому времени, когда он увидел темно-серый контур Иеровоама на горизонте, ему пришлось украсть кусок шпагата со двора кузнеца, чтобы использовать его в качестве пояса, потому что он настолько похудел, что брюки с него спадали.

На протяжении всего своего путешествия Берт говорил себе, что если бы он только мог найти кузена Гарольда, все было бы хорошо: он передал бы свои проблемы взрослому человеку, и Гарольд все уладил бы. Берт скрывался за городскими стенами, пока не стемнело, затем хромал в винодельческий город, теперь его волдыри ужасно болели, и он направился к таверне Гарольда.

В окнах тавены не было света, и когда Берт подошел ближе, он понял, почему. Двери и окна были заколочены. Таверна прекратила свою деятельность, и Гарольд и его семья, похоже, ушли.

- Пожалуйста, - в отчаяннии спросил Берт у проходящей мимо женщины, - вы можете сказать мне, куда ушел Гарольд? Гарольд, которому принадлежала эта таверна?

- Гарольд? - спросила женщина. - О, он уехал на юг неделю назад. У него есть родственники в Чуксвилле. Он надеется устроиться на работу к королю.

Ошеломленный, Берт смотрел, как женщина уходит в ночь. Холодный ветер дул вокруг, и краем глаза он увидел один из собственных плакатов «Разыскивается», развевающийся на ближайшем фонарном столбе. Обессиленный и не зная, что делать дальше, он представил, что сидит на этом холодном пороге и просто ждет, когда солдаты его найдут.

Тогда он почувствовал острие меча за спиной, и голос в его ухо сказал:

- Попался!

Глава 46

Появление Родерика Роуча

Вы можете подумать, что Берт будет в ужасе от звука этих слов, но, хотите верьте, хотите нет, но голос принес ему облегчение. Видите ли, он узнал этот голос. Поэтому вместо того, чтобы поднять руки или умолять о пощаде, он обернулся и обнаружил, что смотрит на Родерика Роуча.

- Что ты улыбаешься? - зарычал Родерик, глядя в грязное лицо Берта.

- Я знаю, что ты не собираешься меня убивать, Родди, - тихо сказал Берт.

Хотя Родерик и держал меч, Берт мог сказать, что другой мальчик был гораздо более напуган, чем он сам. Дрожащий Родерик был одет в пальто поверх пижамы, а его ноги были окутаны окровавленными тряпками.

- Как долго ты шел от Чуксвилля? - спросил Берт.

- Это не твое дело! - плюнул Родерик, пытаясь выглядеть жестоким, хотя зубы его стучали. - Я уведу тебя, Бимиш, ты предатель!

- Нет, не так, - сказал Берт и вытащил меч из руки Родерика. При этом Родерик расплакался.

- Давай, - любезно сказал Берт, обнял Родерика за плечи и повел его по боковому переулку, подальше от развевающегося плаката «Разыскивается» .

- Отстань, - всхлипнул Родерик, сжимая руку Берту. - Отстань от меня! Ты во всем виноват!

- В чем моя вина? - спросил Берт, когда два мальчика остановились рядом с мусорными ведрами, полными пустых винных бутылок.

- Ты убежал от моего отца! - сказал Родерик, вытирая слезы рукавом.

- Ну, конечно, я сделал это, - сказал Берт разумно. - Он хотел убить меня.

- Но, теперь он убит! - всхлипнул Родерик.

- Майор Роуч мертв? - сказал Берт, опешил. - Как?

- Сп - Спитлворт, - всхлипнул Родерик. - Он пришел в наш дом с солдатами, после того, когда никто не смог тебя найти. Он был так зол, за то, что отец не поймал тебя - что схватил солдатское ружье - и он ...

Родерик сел на мусорный ящик и заплакал. Холодный ветер дул в переулке. Это, подумал Берт, показывает, насколько опасен Спитлворт. Если он смог застрелить своего верного главу Королевской гвардии, то никто не был в безопасности.

- Как вы узнали, что я приду в Иеровоам? - Спросил Берт.

- Канкерби из дворца сказал мне. Я дал ему пять дукатов. Он вспомнил, как твоя мать говорила о том, что твой кузен владеет здесь таверной.

- Как ты думаешь, скольким людям сказал это Канкерби? - спросил Берт, волнуюсь.

- Наверное, многим, - ответил Родерик, вытирая лицо рукавом пижамы. - за золото он продаст информацию .кому угодно.

- Это зло исходит от вас,- сказал Берт, начиная злиться. - Вы собирались продать меня за сотню дукатов!

- Я не хотел этого золота, - сказал Родерик. - Оно было бы для моей мамы и братьев. Я думал, что смогу вернуть эти деньги обратно, сдав тебя. Но Спитлворт забрал их. А я сбежал из окна своей спальни. Вот почему я в пижаме.

- Я тоже сбежал из окна своей спальни, - сказал Берт. - Но, по крайней мере, у меня был смысл принести обувь. Давай, лучше уйдем отсюда, - добавил он, поднимая Родерика на ноги. - Мы попытаемся украсть тебе носки с веревок для сушки белья после стирки по дороге.

Но они сделали всего пару шагов, когда над ними прозвучал мужской голос.

- Руки вверх! Вы двое, идете за мной!

Оба мальчика подняли руки и обернулись. Человек с грязным, злым лицом только что вышел из тени и направил на них винтовку. Он не был в форме, и ни Берт, ни Родерик не узнали его, но Дейзи Ласточкин хвост могла точно сказать им, кто это был: Башер Джон, заместитель мадам Ма Грунтер, теперь уже ставший взрослым мужчиной.

Башер Джон сделал несколько шагов ещё ближе, от одного мальчика к другому.

- Да,- сказал он. - Вы двое стойте. Дайте мне этот меч.

От винтовки, направленной на его грудь, у Берта не было другого выбора, кроме как отдать меч. Тем не менее, он не был так напуган, как мог бы, потому что Берт - что бы Флапун ни говорил ему - на самом деле был очень умным мальчиком. Этот грязно выглядящий человек, казалось, не осознавал, что он только что поймал беглеца, за поимку которого получил бы сто золотых дукатов. Казалось, он искал каких-то других двух мальчиков, хотя, почему, Берт не мог себе представить. Родерик, с другой стороны, смертельно побледнел. Он знал, что у Спитлворта есть шпионы в каждом городе, и был уверен, что их обоих собираются передать главному советнику, и что он, Родерик Роуч, будет казнен за союз с предателем.

- Пошли, - сказал человек с тупым выражением лица, показав им винтовку. Держа винтовку за спиной Берта и Родерика, они шли по темным улицам Иеровоама, пока, наконец, не достигли дверей детского дома мадам Ма Грунтера.

Глава 47

Вниз в темницу

Работники кухни во дворце были очень удивлены, узнав от лорда Спитлворта, что миссис Бимиш попросила себе отдельную кухню, потому что она была гораздо важнее, чем они. Действительно, некоторые из них подозревали что-то неладное, потому что миссис Бимиш никогда не опаздывала, за все годы, что они знали ее. Однако, поскольку ее пирожные и выпечка регулярно появлялись за столом короля, они знали, что она жива, где бы она ни была, и, как и многие их соотечественники, слуги решили, что безопаснее не задавать вопросов.

Между тем жизнь во дворцовых подземельях совершенно преобразилась. В камере миссис Бимиш была установлена печь, ее кастрюли и сковородки были доставлены с кухонь, а заключенных в соседних камерах обучали помогать ей выполнять различные задачи, связанные с выпечкой, которая делала её лучшим пекарем в королевстве. Она потребовала удвоения рациона заключенных (чтобы убедиться, что они достаточно сильны, чтобы взбивать и складывать, измерять и взвешивать, просеивать и выливать), а также ловца крыс для очистки места от паразитов и слуги, бегающего между клетками, раздавая различные орудия через решетку.

Высокая температура от печи высушила влажные стены. Вкусные запахи сменили зловоние плесени и промокшей воды. Миссис Бимиш настаивала на том, чтобы каждый из заключенных попробовал готовый торт, чтобы понять результаты своих усилий. Медленно, темница стала местом активности, даже бодрости, и заключенные, которые были слабыми и голодными до прибытия миссис Бимиш, постепенно набирали вес. Таким образом, она была занята и пыталась отвлечься от беспокойства о Берте.

Все время, пока остальные заключенные помогали печь, мистер Ласточкин хвост исполнил национальный гимн и продолжал вырезать гигантские ноги Икабога в камере по соседству. Его пение и стук злили других заключенных до прибытия миссис Бимиш, но теперь она призвала всех присоединиться к нему. Голос заключенных, поющих гимн, заглушал звуки молотка и зубила мистера Ласточкин хвост. Когда Спитлворт прибежал в темницу, чтобы сказать им, чтобы они прекратили петь, миссис Бимиш невинно спросида, что неужели это была измена, что люди пели гимн? При этом Спитлворт выглядел глупо, и все заключенные зашлись от смеха. Миссис Бимиш с чуством радости услышала слабый хриплый смешок из соседней камеры.

Миссис Бимиш, возможно, мало что знала о безумии, но она знала, как спасти продукты, которые казались испорченными, например, соусы и воздушное суфле. Она верила, что сломленный разум мистера Ласточкин хвоста еще можно исправить, если только сможет понять, что он не один, и вспомнить, кем он был. И поэтому время от времени миссис Бимиш предлагала песни, отличные от государственного гимна, пытаясь подтолкнуть сомленное мнение мистера Ласточкин хвост к другому курсу, который мог бы вернуть его к жизни.

И наконец, к ее изумлению и радости, она услышала, как он присоединился к песне о Икабоге, которая была популярна даже в те дни, когда люди думали, что монстр настоящий.


«Я выпил одну бутылку, а Икабог - ложь,

Я выпил еще одну бутылку и подумал, что услышал ее вздох,

И теперь я выпил еще, я вижу, как он крадется,

Икабог идет, так что давайте выпьем, прежде чем умрем!


Поставив поднос с пирожными, которые она только что вынула из печи, миссис Бимиш вскочила на кровать и тихо произнесла сквозь трещину в стене.

«Даниэль Ласточкин хвост, я слышал, как ты поешь эту глупую песню. Здесь Берта Бимиш, твой старый друг. Запомни меня? Мы пели это давным-давно, когда были малыми детьми. Мой Берт и твоя Дейзи. Ты помнишь это, Дэн?

Она ждала ответа и через некоторое время ей показалось, что она услышала рыдания.

Вы можете подумать, что это странно, но миссис Бимиш была рада услышать плачь мистера Ласточкин хвост, потому что слезы могут исцелить как ум, так и смех.

И в ту ночь, и в течение многих последующих ночей миссис Бимиш тихо разговаривала с мистером Ласточкин хвост через щель в стене, и через некоторое время он начал говорить. Миссис Бимиш сказала мистеру Ласточкин хвост, как ужасно она сожалела, рассказывая горничной, что он сказал об Икабоге, а мистер Ласточкин хвост рассказал ей, как он впоследствии чувствовал себя несчастным, предположив, что майор Бимиш упал с лошади. И каждый сообщал другому, что их ребенок жив, потому что они должны верить этому или умереть.

Через одно высокое крошечное зарешеченное окно в темницу проникал ледяной холод. Заключенные могли сказать, что приближается тяжелая зима, но темница стала местом надежды и исцеления. Миссис Бимиш потребовала больше одеял для всех своих помощников и держала ее печь горящей всю ночь, решив, что они должны выжить.

Глава 48

Берт и Дейзи находят друг друга

Холод зимы ощущался и в приюте Ма Грунтера. Дети в лохмотьях, которых кормят только капустным супом, не могут противостоять кашлю и простуде так же легко, как дети, которых хорошо кормят. На маленьком кладбище в задней части детского дома виднелся поток Джонсонов и Джейн, умерших из-за недостатка пищи, тепла и любви, и они были похоронены, и никто не знал их настоящих имен, хотя другие дети их оплакивали.

Внезапная волна смертей стала причиной, по которой Ма Грунтер отправила Башера Джона на улицы Иеровоама, чтобы собрать как можно больше бездомных детей, чтобы сохранить ее численность. Инспекторы приходили в гости три раза в год, чтобы убедиться, что она не лгала о том, сколько детей было под ее опекой. Она предпочитала брать детей постарше, если это возможно, потому что они были более выносливы, чем маленькие.

Золото, которое она получала за каждого ребенка, теперь сделало личные комнаты Ма Грунтер в приюте одними из самых роскошных в стране "Рог изобилия", с пылающим огнем и глубокими бархатными креслами, толстыми шелковыми ковриками и кроватью с мягкими шерстяными одеялами. Её стол всегда был обеспечен лучшей едой и вином. Голодные дети уловили дуновения небес, когда пироги Баронстауна и курдсбургские сыры пришли в квартиру Ма Грунтер. Теперь она редко выходила из своих комнат, кроме как поприветствовать инспекторов, оставив Башера Джона управлять детьми.

Дейзи Ласточкин хвост не обращала внимания на двух новых мальчиков, когда они только приехали. Они были грязными и рваными, как и все новички, и Дейзи и Марта были заняты, пытаясь сохранить в живых как можно больше маленьких детей. Они сами недоедали для того чтобы малышам было достаточно еды, и Дейзи получала синяки от трости Башера Джона, потому что она часто вставала между ней и маленьким ребенком, которого он пытался ударить. Если она вообще думала о новых мальчиках, то только чтобы презирать их за то, что они согласились называться Джонами, без всякой борьбы. Она не знала, что двум мальчикам было очень хорошо, что никто не знал их настоящих имен.

Через неделю после того, как Берт и Родерик прибыли в приют, Дейзи и ее лучшая подруга Марта устроили тайную вечеринку по случаю дня рождения близнецов Хетти Хопкинс. Многие из самых маленьких детей не знали, когда у них были дни рождения, поэтому Дейзи выбрала для них дату и всегда следила за тем, чтобы ее отмечали, хотя бы двойной порцией капустного супа. Она и Марта всегда поощряли детей помнить свои настоящие имена, хотя они учили их называть друг друга Джоном и Джейн перед Башером Джоном.
У Дейзи было особое угощение для близнецов. На самом деле ей удалось украсть две настоящие пирожные в Чуксвилле из доставки для Ма Грунтер за несколько дней до этого и сохранить их на день рождения близнецов, даже несмотря на то, что запах выпечки мучил Дейзи, и было трудно удержаться от того, чтобы не съесть их самостоятельно. ,

- О, как это мило, - вздохнула маленькая девочка сквозь слезы радости.

- Прекрасно, - повторил ее брат.

- Они пришли из Чуксвилля, который является столицей, - сказала им Дейзи. Она пыталась научить маленьких детей вещам, которые она помнила из своих прерванных школьных дней, и часто описывала города, которые они никогда не видели. Марте тоже нравилось слышать о Курдсбурге, Баронстауне и Чуксвилле, потому что она никогда не жила где-нибудь, кроме Болот и детского дома Ма Грунтер.

Близнецы только что проглотили последние крошки своей выпечки, когда в комнату ворвался Башер Джон. Дейзи попыталась спрятать тарелку, на которой был след от крема, но Башер Джон заметил это.

- Вы, - рявкнул он, приближаясь к Дейзи с тростью, поднятой над головой, - снова своровали, уродливая ты Джейн!

Он собирался обрушить трость на нее, когда внезапно обнаружил, что она застряла в воздухе. Берт услышал крики и пошел выяснять, что происходит. Видя, что Башер Джон загнал в угол худую девушку в залатанном комбинезоне, Берт схватил трость и спустил ее вниз.

- Не смей, - сказал Берт Джону Бэшеру тихим голосом. Впервые Дейзи услышала акцент в шуксвилльском мальчике, но он выглядел настолько не похожим на Берта, которого она когда-то знала, на столько старше, с таким жестким лицом, что она не узнала его. Что касается Берта, который помнил Дейзи как маленькую девочку с оливковой кожей и коричневыми косичками, он понятия не имел, что он когда-либо раньше встречал эту девушку с горящими глазами .

Башер Джон попытался освободить трость от хватки Берта и Родерика который пришел на помощь Берту. Произошла короткая драка, и впервые в воспоминаниях детей проиграл Башер Джон. Наконец, поклявшись отомстить, он вышел из комнаты с порезанной губой и шепот облетел детский дом, что два новых мальчика спасли Дейзи и близнецов и что Башер Джон выглядя глупо.

Позже, тем же вечером, когда все дети из приюта ложились спать, Берт и Дейзи проходили мимо друг друга по лестнице наверху и немного неловко остановились, чтобы поговорить друг с другом.

- Большое спасибо, - сказала Дейзи.

- Не за что, - ответил Берт. - Он часто так себя ведет?

- Довольно часто,- сказала Дейзи, слегка пожав плечами. «- Но близнецы получили свою выпечку. Я очень этому рада.

Теперь Берт подумал, что увидел что-то знакомое в форме лица Дейзи, и услышал след Чуксвилля в ее голосе. Затем он посмотрел на древний, сильно застираный комбинезон, на который Дейзи пришлось пришивать дополнительные куски к ногам.

- Как тебя зовут? - спросил он.

Дейзи оглянулась, чтобы убедиться, что их не подслушивают.

- Дейзи, - сказала она. - Но ты должен помнить, чтобы не называть меня Джейн, когда рядом Башер Джон.

- Дейзи, - выдохнул Берт. - Дейзи - это я! Берт Бимиш!

У Дейзи от изумления открылся рот и, прежде чем осознать это, они обнялись и заплакали, как будто превратились обратно в маленьких детей в те солнечные дни во дворе дворца, до того, как умерла мать Дейзи и был убит отец Берта, когда страна "Рог изобилия" казалась самым счастливым местом на земле.

Глава 49

Побег из Ма Грунтерс

Дети обычно оставались в приюте Ма Грунтер, пока она не выбрасывала их, повзрослевших, на улицу. Она не получила золота за присмотр за взрослыми мужчинами и женщинами и позволила Башеру Джону остаться только потому, что он был ей полезен. В то время как они все еще стоили золота, Ма Грунтер позаботился о том, чтобы ни один ребенок не убежал, сохранив все двери надежно запертыми и запертыми. Только у Башера Джона были ключи, и последний мальчик, который пытался их украсть, потратил месяцы на восстановление после травм.

Дейзи и Марта обе знали, что придет время, когда и их выбросят, но они меньше беспокоились за себя, чем за то, что случится с малышами после их ухода. Берт и Родерик знали, что им придется уйти в одно и то же время, если не раньше. Они не смогли проверить и увидеть, были ли плакаты «Разыскивается» с лицом Берта на них все еще прикреплены к стенам Иеровоама, но вряд ли их сняли. Все четверо жили в страхе, что Ма Грюнтер и Башер Джон поняли, что у них под крышей появился ценный беглец стоимостью сто золотых дукатов.

Тем временем, Берт, Дейзи, Марта и Родерик встречались каждую ночь, пока другие дети спали, чтобы поделиться своими историями и объединить свои знания о том, что происходило в стране "Рог изобилия". Они проводили эти встречи в единственном месте, куда никогда не заходил Башер Джон: это был большой капустный шкаф на кухне.

Родерик, был воспитан, так чтобы шутить о Маршландерах, смеяться над акцентом Марты. Но, во время первой из их встреч, Дейзи отговорила его, чтобы он больше не шутил и не смеялся.

Сгрудившись вокруг единственной свечи, как будто это был огонь, среди кучек жесткой, вонючей капусты, Дейзи рассказала мальчикам о своем похищении, Берт поделился своим знанием, что его отец погиб в результате несчастного случая, а Родерик объяснил, как Темные Нижние Колонтитулы фальсифицировали атаки на города, чтобы заставить людей поверить в Икабога. Он также рассказал остальным о том, как была перехвачена почта, как два лорда крали из страны грузы из вагонов и что сотни людей были убиты или, если они были полезны для Спитлворта, каким-то образом заключены в тюрьму.

Однако каждый из мальчиков что-то скрывал, и я скажу вам, что это было.

Родерик подозревал, что майор Бимиш был случайно застрелен на болоте много лет назад, но он не сказал об этом Берту, потому что боялся, что его друг обвинит его в том, что он не сказал ему раньше.

Тем временем Берт, который был уверен, что мистер Ласточкин хвост вырезал гигантские ноги, которые использовали Темные Нижние Колонтитулы, не сказал Дейзи об этом. Видите ли, он был уверен, что мистер Ласточкин хвост был убит после их изготовления, и он не хотел давать Дейзи ложную надежду, что он все еще жив. Поскольку Родерик не знал, кто вырезал множество наборов ног, используемых Темными Нижними Колонтитулами, Дейзи понятия не имела о роли ее отца в атаках.

- А как же солдаты?- Дейзи спросила Родерика, шестой ночью когда они встретились в капустном шкафу. - Бригада обороны от Икабога и Королевская гвардия? Они в этом участвуют?

- Я думаю, что должно быть, немного, - сказал Родерик, - но только самые высшие чины знают всё - два лорда и мой - и тот, кто заменил моего отца, - сказал он и некоторое время замолчал.

- Солдаты должны знать, что Икабога нет, - сказал Берт, - после того, как они провели какое то время в болотах.

- Но Икабог есть, - сказала Марта.

Родди не засмеялся, хотя мог бы, если бы только что встретил ее. Дейзи игнорировала Марту, как она обычно делала, но Берт любезно сказал:

- Я сам в это верил, пока не понял, что на самом деле происходит.

Четверка ушла спать позже той ночью, соглашаясь встретиться снова следующим вечером. Каждый из них горел желанием спасти страну, но они продолжали возвращаться к тому факту, что без оружия они вряд ли смогут сражаться со Спитлвортом и его многочисленными солдатами.

Однако, когда девочки прибыли в капустный шкаф в седьмую ночь, Берт знал по их выражениям, что случилось что-то плохое.

- Беда,- прошептала Дейзи, как только Марта закрыла дверь шкафа. - Мы слышали, как Ма Грюнтер и Башер Джон разговаривали перед тем, как ложиться спать. По дороге едет инспектор приюта. Он будет здесь завтра днем.

Ребята смотрели друг на друга, крайне обеспокоены. Последнее, что они хотели, чтобы посторонний не узнал их как двух беглецов.

- Мы должны уйти, - сказал Берт Родерику. - Сейчас. Сегодня ночью. Вместе мы сможем получить ключи от Башера Джона.

- Я готов, - сказал Родерик, сжимая кулаки.

- Ну, мы с Мартой пойдем с тобой,- сказала Дейзи. - Мы придумали план.

- Какой план? - спросил Берт.

- Я скажу, что мы четверо направляемся на север, в солдатский лагерь на Болотах, - сказала Дейзи. - Марта знает путь, она может вести нас. Когда мы добираемся туда, мы расскажем солдатам все, что нам рассказывал Родерик - о том, что Икабог - фальшивка…

- Правда, правда, - сказала Марта, но остальные трое промолчали, - и об убийствах и о золоте Спитлворта и Флапуна, которые они воруют из страны. Мы не можем одолеть Спитлворта в одиночку. Должно быть, есть хорошие солдаты, которые перестанут ему подчиняться и помогут нам вернуть страну!

- Это хороший план, - медленно сказал Берт, - но я не думаю, что вы, девочки, должны остаться. Это может быть опасно. Мы с Родериком сделаем это.

- Нет, Берт, - ответила Дейзи, ее глаза были полны лихорадочным блеском. - С четырьмя из нас мы удваиваем количество солдат, с которыми можем поговорить. Пожалуйста, не спорьте. Если скоро что-то не изменится, большинство детей в этом приюте будут до конца зимы на этом кладбище .

Берту потребовалось немного больше аргументов, чтобы согласиться с тем, что две девушки должны идти с ними, потому что он в частном порядке волновался, что Дейзи и Марта были слишком хрупкими, чтобы отправиться в путешествие, но в конце концов он согласился.

- Отлично. Тебе лучше взять одеяло с кровати, потому что это будет долгая холодная прогулка. Мы с Родди разберемся с Башером Джоном.

Итак, Берт и Родерик прокрались в комнату Башера Джона. Бой был коротким и жестоким. К счастью, Ма Грюнтер выпила за обедом две бутылки вина, потому что в противном случае все удары и крики наверняка разбудили бы ее. Оставив Башера Джона в крови и в синяках, Родерик украл его сапоги. Затем они заперли его в комнате, и два мальчика поспешили присоединиться к девочкам, которые ждали их возле входной двери. Потребовалось пять долгих минут, чтобы открыть все замки и ослабить все цепи.

Взрыв ледяного ветра встретил их, когда они открыли дверь. Бросив последний взгляд на приют, и поправив потрепанные одеяла на плечах, Дейзи, Берт, Марта и Родерик выскользнули на улицу и направились к Болотам пробиваясь через первые снежные хлопья наступающей зимы..

Глава 50

Зимнее путешествие

За всю историю страны "Рог изобилия" не было более трудного пути, чем путь этих четырех молодых людей к Болотам.

Это была самая холодная зима, которую страна видело за сто последние лет, и к тому времени, когда темные очертания Иеровоама исчезли за ними, снег падал так густо, что ослепил их глаза белизной. Их тонкая залатанная одежда и их рваные одеяла не могли справиться с ледяным ветром, который кусался в каждой их части, как крошечный, с острыми зубами волк.

Если бы не Марта, было бы невозможно найти путь, но она была знакома со страной к северу от Иеровоама и, несмотря на густой снег, который теперь покрывал всю местность, она узнала старые деревья, на которые она карабкалась, странной формы скалы, которые всегда были там и ветхие загоны для овец, которые когда-то принадлежали соседям. Несмотря на это, чем дальше на север они углублялись, тем больше они все задавались вопросом, убьет ли эта дорога их, хотя они никогда не высказывали эти мысли вслух. Каждый чувствовал, что его тело умоляет остановиться, лечь в ледяную солому в каком нибудь заброшенном сарае и забыть обо всём.

На третью ночь Марта поняла, что они были близко, потому что почувствовала знакомой запах грязи и солоноватой болотной воды. Это возвращало небольшую надежду: они напрягали глаза на любые признаки факелов и огня в лагере для солдат и вооброжали, что слышат, как разговаривают мужчины и звенят упряжи лошадей под свистящий ветром. Время от времени они видели блики на расстоянии или слышали шум, но это всегда был только лунный свет, отражающийся от замерзшей луже, или дерево, скрипящее в метели.

Наконец они достигли края огромного камня, болота и шелестящей травы, и поняли, что там вообще нет солдат.

Зимние штормы вызвали отступление солдат. Командир, который был в частном порядке уверен, что Икабога нет, решил, что он не позволит своим людям замерзнать до смерти только ради удовольствия лорда Спитлворта. Поэтому он отдал приказ идти на юг, и если бы не густой снег, который падал так быстро, что закрывал все следы, друзья могли бы увидеть следы солдат, идущие в противоположном направлении.

- Смотри,- сказал Родерик, указываяна на вдруг появившуюся в снегу фуру. - Они были здесь ...

Фура была оставлена в снегу, потому что застряла, а солдаты хотели быстро избежать метели и ушли, бросив её.. Четверка подошла к фургону и увидела еду, такую еду, которую Берт, Дейзи и Родерик, помнили только по снам, а Марта никогда не видела в своей жизни. Куча сливочных курдсбургских сыров, груды кондитерских изделий из Чуксвилля, колбасы и пироги с олениной из Баронстауна - все это было послано, чтобы накормить командира лагеря и его солдат, потому что на Болотах не было никакой еды.

Берт потянулся онемевшими пальцами, чтобы взять пирог, но толстый слой льда который покрывал еду, но его пальцы просто соскользнули.

Он повернул безнадежное лицо к Дейзи, Марте и Родерику, чьи губы теперь были голубыми от холода. Никто ничего не сказал. Они знали, что умрут от холода на краю болота Икабога, и никто из них больше не заботился. Дейзи было так холодно, что хотелось только спать, что казалось прекрасной идеей. Она едва почувствовала дополнительный холод, медленно погружаясь в снег. Берт опустился и обнял ее, но он тоже чувствовал себя сонным и странным. Марта прислонилась к Родерику, который пытался втянуть ее под одеяло. Сгрудившись рядом с фургоном, все четверо вскоре потеряли сознание, и снег запорошил их тела, когда луна начала подниматься.

И затем огромная тень возникла над ними. Две огромные руки, покрытые длинными зелеными волосами, похожими на болотную траву, опустились на четырех друзей. Легко, как будто они были младенцами, Икабог подхватил их и понес через болото.

(Продолжение здесь)

Свернуть